Facebook Вконтакте Твиттер RSS

Залесские рассказы. «Кинематограф»

11 января 2016

Image title

Всю войну при лучинах сидели. Керосина нам не давали совсем. Достали с чердаков светцы, у кого краше, в два яруса, у кого беднее. Щепили косарями полена. Слушали, как пшикают в воду угольки.

На ночь в избах закрывали ставни. В темноте дружинники, из старших ребят, шли по улице, проверяли, чтобы не было огней. Гремели в барабанки, отпугивая диверсантов. Немец сбрасывал много шпионов. Так все говорили. Я их никогда не видела, но очень боялась их.

После войны зажглись керосинки. Семилинейки – поярче, пятилинейки – тусклее. В сельсовете горели десятилинейки, а в городе светили электричеством. Там, в городе, я пошла в десятилетку. И в первый раз увидела кинематограф. Билеты стоили дорого, два рубля. Детские были по пятьдесят копеек. Но киномеханики что-то там подмухлевывали. Детских билетов не хватало. Отец заплатил за меня два рубля, и мы посмотрели «Сердца четырех» с Серовой и Целиковской.

Я бегала в кино каждый раз, когда выдавался случай. Крутили все больше хорошие фильмы. «Кубанские казаки», «Небесный тихоход». Вышел «Бродяга» с Раджем Капуром. Прокатчики мухлевали, а денег у нас не было, и я решила учиться на киномеханика. Чтобы смотреть кино забесплатно.

Image title

Потом вышла «Весна на Заречной улице». А когда «Бродягу» перевыпустили, я уже работала. Показывала кино в сельских клубах. Мне выдали киноаппарат, бензиновый движок, телегу и быка Борьку. Движок был тяжелым и громоздким. Чтобы возить его в распутицу, одной лошади не хватало. А бык справлялся. Только он был упрямым, Борька. Упирался и не шел никуда. Хлещи-не хлещи. Из-за этого Борьки кино постоянно опаздывало.

Деревни были еще все, даже самые-самые дальние. В каждой кто-нибудь да жил. На кино приходили отовсюду. Молодые, пожилые. Бабушки в ситцевых платочках. Мужики пьющие и не очень. Инвалиды войны. Школьные учительницы. Даже председатели колхозов. Приходили в обувке, как в церковь. Люди жили бережливо, потому шли босиком и только у самого клуба надевали сапоги или туфли. Экран делали из простыней, а сидели в основном на полу, потому что стульев не хватало.

Image title

Смотрели все подряд, но больше, конечно, любили комедии. Или про войну. Женщины иногда плакали. А мужики помогали с движком, когда он барахлил. После сеанса кричали «Козулю, козулю!». Запитывали от движка лампочку, убирали стулья и начинались танцы. Гармонист тогда всегда находился. Козулю плясали, махоню, семеновну. Уже в полной темноте запрягали Борьку, который тащил кинобудку обратно в село.

Image title

Потом мы стали жить лучше. Выпустили «Неуловимых мстителей», «Свадьбу в Малиновке». Деревень было уже меньше, но в тех, которые остались, провели электричество. В центральных усадьбах построили большие, капитальные клубы. Вечером перед ними горели электрические фонари. Теперь не кино ездило к людям, а наоборот. Автобусы собирали зрителей по деревням и везли их в сельсовет.

Кое у кого появились телевизоры «Рекорд». К таким счастливчикам набивалась целая изба соседей. И я бегала за две деревни, чтобы узнать, кто такой майор Вихрь.

Вышла «Калина Красная». Деревни мерли одна за другой. Парни, отслужив в армии, убегали в большие города. Совхозы все укрупнялись и укрупнялись. Дальние сельсоветы, даже если в них успели построить капитальные клубы, закрывались и переезжали ближе к городу. Танцевали редко, а найти хорошего гармониста стало непросто. Появились «Жигули», потом «Нивы».

Image title

Когда все окончательно поплыло, я засобиралась на пенсию.

Теперь я редко выхожу из дому. Разве что в магазин. Идешь туда вечером и видишь, как горят в домах голубые огни. Телевизоры смотрят, сериалы. И этот, как его, интернет. В гости друг к другу почти не ходят.

Я и сама целый день с телевизором. Люблю, когда крутят старые фильмы. «Весну на Заречной…» или что-нибудь про войну.

Часто думаю о том, как мы жили. Тогда казалось, что очень плохо. Потом, когда мы стали жить лучше, стало чего-то не хватать. А потом этого чего-то совсем не осталось. И теперь мне кажется, что лучше всего жили тогда, когда мы жили совсем плохо.

Image title

В жизни, как в кино. Даже если знаешь, чем все кончится, только досмотрев понимаешь, про что был фильм.

Записал: Андрей Павличенков
Фото: Из архивов жителей города Чухлома, Костромская область